«Веселый молочник» строит на Алтае турбазу: как и чем сейчас живет Джастас Уолкер и его семьяфото

Американец Джастас Уолкер живет на Алтае уже почти 10 лет. Фото: Айару Учайкина

Американец Джастас Уолкер, известный как «Веселый молочник» живет на Алтае уже почти 10 лет. Он обосновался в Солонешенском районе в 2016 году, начал разводить молочный скот и создал настоящую домашнюю ферму. Недавно нам удалось побывать у него.

Джастас обосновался в Солонешенском районе. Фото: Айару Учайкина

Наша поездка началась в Горно-Алтайске и проходила по живописным местам через реки Ануй, Аскаты, Чарыш. Названия этих рек напоминали мне о далеком прошлом, когда жившие здесь предки галопом скакали на лошадях по этой, казалось бескрайней степи… Путь нашей небольшой экспедиции пролегал через село, название которого основавшие его люди связывали с соленой землей – Солонешное.

Джастас обосновался в Солонешенском районе. Фото: Айару Учайкина

После почти пятичасового путешествия мы оказались в местечке, где был слышен шум быстрой горной речки Карата. Недалеко спокойно журчал ручей Ларин. Хорошее место для привала, но нам нужно подниматься выше – в горы. Вокруг - бездорожье, проехать можно только на транспорте высокой проходимости. Поэтому машину пришлось оставить, а дальше двигаться пешком. Когда половина пути уже была пройдена, нас перехватила Ребека Уолкер и лихо доставила на квадроцикле до их семейной фермы.

Джастас обосновался в Солонешенском районе. Фото: Айару Учайкина

Я сразу обратила внимание на большой уличный котел. Как оказалось, с его помощью отапливается дом и ферма. Централизованного сетевого электричества на ферме нет, а для электроснабжения используются панели солнечной станции и микро-ГЭС, построенная на ручье. По словам Джастаса, его энергосистема способна вырабатывать минимум 700 кВт*ч в месяц без использования бензинового генератора. Этого вполне достаточно как для производства, так и для нужд домашнего хозяйства.

Фото: Айару Учайкина

Первый этаж дома Веселого Молочника разделен на два больших помещения-цеха по переработке мяса и молока, здесь же размещены ванная комната с душем и туалетом. На втором этаже находится большая гостиная-кухня и две спальни для детей и Джастаса с супругой. На кухне все как в обычных благоустроенных домах: газовая плита, два больших холодильника и раковина с горячей водой. Дом оборудован спутниковым интернетом, скорость которого не велика, но позволяет смотреть видео, общаться по видеосвязи через мессенджеры и совершать покупки на маркетплейсах.

Главное занятие семьи Уолкер – домашняя козья ферма. Экскурсию по ней мне провела дочь Джастаса Кирстен. Для начала она загнала животных в амбар. Здесь во время кормежки нам своими руками удалось подоить четырех коз. Кстати, главным продуктом фермы Джастаса является сыр Моцарелла, пользующийся в кафе и ресторанах большой популярностью.

Дочь Джастаса Кирстен. Фото: Айару Учайкина

В доме нас встретил сам хозяин фазенды Джастас. Здесь мне удалось взять интервью у него и его жены Ребеки.

- Ребека, расскажите, откуда вы родом?

- Я родилась в штате Айдахо и мой супруг Джастас тоже оттуда. Мы из маленького поселка Klorkfork , в котором проживает примерно 200 человек. Но люди там не селятся также компактно как в России, дома расположены довольно далеко друг от друга. В каждой семье по две машины. Там, где я выросла, был лес и Клоркфорк располагался в пяти километрах от нас.

- Вы с Джастасом тогда уже были знакомы?

- Тогда мы еще не были знакомы. Его родители некоторое время жили в России и занимались миссионерской деятельностью. Когда мне было 12 лет, они вернулись домой в Америку, а Джастас остался в России. И встретились мы с ним, когда он позже приехал в Америку.

- Ваши дочери учатся дома. Есть ли сложности в изучении школьной программы?

- Я сама ни разу не ходила в школу. Для нас это привычно. Девочки садятся за уроки утром, после завтрака. Все изучают и делают сами. Читают разные книги, пишут сочинения на темы, которые им интересны. В субботу они приносят Джастасу папку и он проверяет, что было сделано за неделю.

Дочь Джастаса Кирстен. Фото: Айару Учайкина

- Что вам больше всего нравится в вашей ферме?

- Мне нравится место, где находится наша ферма. Именно на Алтае. Я влюбилась в это место, так как оно очень похоже на мой родной штат Айдахо. Девочкам нравится кататься на лошадях, быть на природе, что здесь открытое небо. Они любят свободу, а домашнее обучение как раз дает такую необычную свободу.

- О чем мечтаете?

- Чтобы к ферме была хорошая проходимая дорога.

- Интересно было увидеть на ферме монгольские юрты. Как они здесь появились?

Джастас: После переезда сюда в 2016 году мы два года жили в таких юртах. Здесь вообще ничего не было, ни домов, ни других построек. Зимой чтобы не замерзнуть в юрте мы топили печку-буржуйку каждые четыре часа. До сих пор вспоминаем это время с особой теплотой, как хорошо мы жили.

Юрты на участке. Фото: Айару Учайкина

- Какие у вас планы?

Джастас: Ферму мы начали в 2016 году, когда купили землю. В первые три года все было хорошо, но потом случилась пандемия, СВО… Стало очень сложно с продажами. В итоге мы поменяли бизнес-модель. Если раньше на первом плане были бараны, козы, производство сыра, изготовление чая, что составляло наши основные доходы, то сейчас мы смотрим больше на сено, чай и туризм. В прошлом году мы начали строить турбазу, в этом году планируем достроить. Для гостей будет уникальное предложение. Во-первых, это не проезжее место, что-то вроде «таежного тупика». Для какого-то вида туризма, возможно, это плохо. Особенно когда расчет делается на транзитный гостиничный бизнес. К примеру, стоит на оживленной трассе плакат «Остановитесь и обретете уют и тепло». Многие останавливаются, принося хозяевам такого бизнеса ощутимый доход. У нас все немного по-другому. Когда у тебя есть свой канал в Интернете и 150 тысяч подписчиков, то набирается достаточно много людей, которые хотели бы приехать именно к нам. По по-английски это называется «Destination» – место назначения. Это уже не транзитный бизнес, цель наших гостей попасть именно сюда, а не куда-то еще. Наше место отдаленное – это плюс, это глэмпинг, что-то вроде кемпинга, дающего возможность жить на природе в палатке, но с повышенным комфортом. У нас сейчас четыре монгольские юрты и типи – вигвам североамериканских индейцев. Также мы поставили экспедиционную палатку. В дальнейшем хотим ставить разные домики: дом-контейнер, А-образный каркасный домик как в Канаде, саманный домик и т.д. Здесь нет телефонной связи, и мы бы хотели это сохранить. Люди могут приехать и остаться наедине с самим собой, хорошо отдохнуть.

- В чем, по-вашему, заключается цель или смысл жизни?

Джастас: Христианин на этот вопрос отвечает достаточно просто – у человека есть природа, он является продуктом хаотичного происхождения и творческой мысли. Предметы нашего творчества имеют свое предназначение. Если мы исполняем свое предназначение, мы более или менее становимся счастливыми. Я бы сказал, что у жизни триединый смысл: иметь общение; творить, т.е. делать что-то с пользой, улучшая мир вокруг нас; воспроизводить себя, исполняя биологический мандант.

В завершение этого небольшого интервью с удовольствием отмечу, что поездка оставила у меня самые теплые впечатления. Ферма очаровала своей простотой и красотой, а семья Уолкеров – своим душевным теплом и той самой, ощутимой во всем вокруг, гармонией. Дети живут в единении с природой. В силу отдаленности их дома от цивилизации они полноценно учатся и всесторонне развиваются, питаются здоровой пищей и поэтому не болеют. У них большой потенциал и возможности, поскольку свободно говорят, читают и поют на английском и русском языках. И, провожая меня в обратную дорогу, они долго махали руками, пока их силуэты не растворились в дымке горизонта. А в голове кружилось: это место, где люди безоговорочно счастливы…

Подготовила Айару Учайкина.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Семья австралийцев переехала на Алтай и мечтает открыть здесь ферму

Для получения вида на жительство в России у них ушло четыре года (подробнее)