
Фото: Ольга ВЕДЕРНИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
По традиции на гоночном треке «Ракета» будет рев моторов, дым из-под колес, адреналин и взрыв эмоций. Накануне на радио «Комсомольская правда»-Барнаул» побывали организатор проекта, пилот Артем Рейзбих и опытный автоспортсмен, владелец 16 машин из Санкт-Петербурга Семен Гребнев. Они рассказали, сколько стоят поражения, зачем стоять на гвоздях, чтобы победить, и почему даже многомиллионная гоночная машина – всего лишь инвентарь, который создан, чтобы его разбивали, а дрифт – это, прежде всего, битва с самим собой.
5 этап Кубка Барнаульской Ракеты станет финалом, поэтому страсти накалятся до предела.
«Финал всегда наполнен катарсисом. Пилоты вкладывались весь сезон – эмоционально, финансово, технически. И вот всё сводится к одному дню. Интрига закручивается, начинаются фейлы (неудачи, провалы – прим. авт.), люди врезаются, разбиваются… Это неизбежно», - говорит Артем Рейзбих, который является не только организатором, но и участником гонок.

Фото: Ольга ВЕДЕРНИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
Самый яркий эпизод этого сезона Кубка Барнаульской ракеты случился на втором этапе, когда барнаульский пилот Антон Шипунов на большой скорости влетел в бетонное ограждение. Машина – почти всмятку, зрители на трибунах ахнули, а мама гонщика, сорвавшись с места, в панике побежала к месту аварии. Но Антон вышел из покорёженного авто своими ногами – и уже через месяц не только восстановил машину, но и выиграл следующую гонку. По мнению Артём Рейзбиха, это не случайность:
«Закон вселенной: я часто замечал, что если у пилота перед стартом что-то ломается или он разбивается, у него резко вырастают шансы на победу. Количество проблем у всех примерно одинаковое, но если они случаются в начале – дальше всё идёт как по маслу».
Семен Гребнев, который приехал в Барнаул для участия в Кубке из Питера, тоже знает, что такое жесткие аварии. Во время сочинского «Дрифт Челленджа» – одном из самых сложных чемпионатов России, где собираются до 90 пилотов из разных стран, он не раз влетал в бетон на скорости под 120 км/ч.
«Я там несколько раз очень сильно разбивал машину, влетал в бетон, колёса отлетали, диски полностью разбивались, подвеска – в хлам!», - вспоминает Семен.
Однако, по словам спортсмена, главное в автоспорте – не травмы, так как безопасность здесь на высоте: каркасы, шлемы, противопожарные костюмы, а то, как ты справляешься со страхом.
Один из главных вопросов, который волнует всех новичков: сколько стоит дрифт? По словам спортсменов, диапазон от совсем скромных сумм до космических.
«Возьмём для примера барнаульского спортсмена Влада Емельянова. Он ездит на своей красной машине, на которую страшно смотреть – думаешь, удивительно, как она вообще в принципе едет. А это чудище ещё ведь и всех побеждает! При том, что у него копеечный бюджет - резина чуть ли не с мусорки, бензин заливает с обычный с заправки. Ему гонка обходится тысяч в пятьдесят. А есть Антон Шипунов – у его машины мощный мотор, на него работает команда механиков, на каждый заезд - новые покрышки. Там траты совсем другие. В десяти раз выше. А если брать уровень чемпионата России – там один этап может стоить 1,5-2 миллиона рублей. Это и шины, и топливо, и логистика, и проживание команды», - рассказывает Артем Рейзбих.
Семен подтверждает: когда ты участвуешь в серьёзных соревнованиях, ты понимаешь, что деньги на это уходят немалые. В свой гоночный автомобиль Nissan 180SX с мотором на 800 сил – один из самых дорогих в его коллекции, и он вложил в него не один миллион.
На вопрос «Что самое сложное в дрифте?» оба пилота отвечают почти одинаково – эмоции. Точнее, умеешь ли ты с ними справляться.
«Когда ты выходишь на старт – там все примерно одинаково умеют ездить. И гонка, по сути, превращается в ментальную дуэль. Ты борешься сам с собой – со своим страхом, мандражом, неуверенностью», - говорит Артем.
Во время участия в чемпионате России он приводил себя в нормальное эмоциональное состояние необычным способом – стоял на гвоздях по 30 минут перед заездом, чтобы привыкнуть к дискомфорту и научиться сохранять спокойствие в экстремальной ситуации.
«Гвозди – это среда, где тебе очень некомфортно. Примерно то же самое ты чувствуешь на стартовой прямой перед заездом – сердце колотится, руки трясутся. Если ты терпишь боль на гвоздях, то в гонке становится легче».
Для Семена Гребнева проблема эмоций – тоже одна из самых значимых. Спортсмену даже приходилось прорабатывать этот вопрос с психологом. Пробовал разные методы - например, дыхательные практики, отжимания и т.д. Но самым действенным методом оказалась… громкая музыка. Семён специально готовит к гонкам плей-лист из любимых треков, перед стартом - надевает наушники и врубает на полную катушку.
«Я понял, что мешаю себе мыслями: начинаю думать, когда нажать ручник, где поджать газ – хотя всё это уже на автомате. Я просто перестал думать, включил музыку – и поехал! Руки и ноги сами всё сделали».
Семён Гребнев – не просто пилот, он коллекционер. Сейчас у него 16 автомобилей!
«Как-то это началось спонтанно, – улыбается Семён. – С детства я мечтал о многих машинах: одну увидел в фильме, вторую захотело, когда играл в гонки и т.д. Потом вдруг и вижу эти машины в продаже, или мне предлагают из коллекции машины выкупить. Появилась финансовая возможность и я начал потихоньку их собирать. Уже лет восемь этим занимаюсь. И вот на данный момент у меня 16 машин».
Одна из любимых – Nissan Skyline R34, тот самый купе из «Форсажа». Семён признаётся: «Я двадцать лет о нём мечтал – и только недавно смог купить».
Ещё есть Ford Crown Victoria – точь-в-точь как полицейская машина из американских боевиков. «Визуализировал, мечтал – и они сами приходили в мою жизнь», – говорит он.
Но особое место в коллекции занимает дедушкин Москвич 1960-х.
«Мой дедушка стоял в очереди на заводе шесть лет, чтобы его купить – тогда же был дефицит. Он всю жизнь владел этой машиной, пробег – всего 65 тысяч километров за почти 60 лет. Состояние музейное! Я вывожу её на ретро-парады и выставки».
Есть в коллекции автоспортсмена и ГАЗ-24 «Волга» в стиле американского Low Rider – с пневмоподвеской, которая позволяет машине подпрыгивать и раскачиваться.
«Каждая машина – это отдельная история, – говорит Семён. – Я люблю их всех как детей». На вопрос, есть ли дети настоящие, он смеётся: «Пока нет, только железные».
Почти у всех автомобилей Семена есть имена. Например, гоночный Nissan он называет Стич. Его машины стоят на охраняемом паркинге, укрытые чехлами. В мечтах – построить для них просторный ангар, но пока это только планы.
Дрифт – это страсть, но не основная работа. На жизнь Семён зарабатывает тем, что создаёт умные дома с Алисой и собирает реалистичные гоночные симуляторы для пилотов по всей России и параллельно.
«Я летал в Китай, на заводы и выставки, изучал, как правильно настраивать оборудование, чтобы симулятор был максимально похож на реальную машину. Это помогает спортсменам тренироваться, экономить деньги и не рисковать на трассе», – объясняет Семён. Сегодня его симуляторы работают у пилотов из Москвы, Сочи, Владивостока и других городов.
Но самая главная мечта – превратить собственный Mercedes-Benz Sprinter в первый в России полностью умный автодом. «Я хотел, чтобы всё управлялось голосом: дверь открывалась по команде, кровать поднималась, внутри были душ, туалет, телевизор на кронштейне. Я даже чертёж сделал, – рассказывает он. – Но гараж, где стоял Спринтер, снесли под строительство дороги. Проект пришлось отложить». Однако Семён не унывает: «Значит, время ещё не пришло. Но я обязательно это сделаю и объеду на нём всю Россию».
В дрифте, как и в любом экстремальном спорте, рано или поздно наступает момент принятия того, что гоночная машина – это лишь расходный материал. У пилотов, которые годами вкладывают душу и деньги в свои автомобили, этот момент очень болезненный. Но именно он отделяет любителей от профи.
Артём Рейзбих, организатор Кубка Барнаульской Ракеты, признаётся: самый неожиданный урок, который преподал ему дрифт, – это умение отпускать материальное.
«Когда ты постоянно разбиваешь то, что любишь, со временем начинаешь остывать к переживаниям. Раньше я мог расстроиться из-за царапины на бампере в городе. А сейчас – хоть всю машину разнеси: окей, значит, так должно случиться. Чиним или покупаем новую. Гоночный автомобиль – это спортивный инвентарь, который изначально создан для того, чтобы его разбивали. Ты просто выполняешь его миссию».
Семён Гребнев, пилот из Санкт-Петербурга, пришёл к такому же выводу, но через гораздо более глубокую внутреннюю работу – с психологом и через личный опыт.
«Я люблю все свои машины, они у меня в керамике, в чехлах, на паркинге, – говорит Семён. – Но к гоночным машинам так не отнесёшься. Мы с Артёмом перфекционисты – после гонок восстанавливаем авто до идеала, перекрашиваем, ставим новые обвесы. Но в самой гонке отношение должно быть другим. Пока я боялся задеть или поцарапать машину – я ехал не на полную. А как только понял, что рано или поздно я её всё равно разобью, и она потеряет первоначальный вид, – сразу начал выигрывать».
Этот урок оказался универсальным: страх за вещи сковывает движения, мешает принимать решения и лишает свободы. Дрифт учит не бояться потерь, а воспринимать их как часть процесса. Как только пилот перестаёт трястись над каждой деталью, он начинает действительно управлять машиной, а не наоборот. И тогда победа становится закономерным результатом.
Артём с гордостью подчёркивает: барнаульский трек – уникальный. Это первая в России трасса, построенная именно под дрифт, а не переделанная из кольцевой. Семён, объездивший полстраны, подтверждает:
«Здесь очень технично, продумано до мелочей. И главное – невероятное комьюнити: все открытые, дружелюбные, помогают друг другу. Поэтому я с удовольствием прилетаю сюда уже не первый раз, и моя машина даже хранится здесь».
6 сентября в 11:00 на треке «Ракета» начнется квалификация, затем парад пилотов и автограф-сессия, а с 15:00 – парные заезды и дрифт-такси. И, конечно, традиционные дым, визг резины и море эмоций.
Артём и Семён ждут всех:
«Приезжайте, поддерживайте, переживайте с нами. Может быть, кто-то из вас потом захочет ступить на эту же дорогу – начать с симулятора или купить свои первые «Жигули». Дрифт – это страсть, а страсть, как известно, не знает границ».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
От «семерки» до 900 «лошадей» под капотом: дрифт-истории с Кубка Барнаульской Ракеты