«Я не блаженный». Зачем меценат-производственник тратит прибыль на художников и спасает живых рыб с прилавкафото
Меценат Игорь Афонин
Фото: Олег УКЛАДОВ. Перейти в Фотобанк КП
В Барнауле набирает популярность новое арт-пространство. Это удивительное место, где рядом с производственными цехами - музей с огромными выставочными залами и бережно сохраненный дом Адриана Топорова (известный просветитель снимал там квартиру). Когда-то на заре 20 века в этот особняк стекались интеллигентные люди города: литераторы, артисты, адвокаты, композиторы, певцы, политические ссыльные, хормейстеры и дирижеры оркестров, художники… Не зря говорят, история повторяется. Спустя сто лет барнаулец Игорь Афонин вновь сделал это место центром притяжения.
Сегодня его предприятие «Аксоид», выпускающее конвейерное оборудование и умных роботов, стало еще и местом, где кипит культурная жизнь Барнаула, музей фирмы служит площадкой для встреч, презентаций и праздников искусства. А в озерце напротив Покровского собора отражаются купола и плавают караси, спасенные с рынка.
В выставочном зале музея «Аксоид»
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
На маленьком плоту
С Игорем Афониным мы познакомились еще на стыке веков, благодаря его однокласснику Славе Дремову. При встрече друзья вспомнили, как строили в детстве плоты.
«Я свой быстро сляпал, оттолкнулся, поплыл и запел, но на середине озера плот стал разваливаться, – со смехом рассказывал Слава. - А Игорь сделал изобретательно и основательно, на его плоту можно было отправиться в большое путешествие. Такой он и по жизни».
Предприятие Афонина в ту пору только переходило от производства рабицы к транспортерным сеткам. Хозяин вдохновенно рассказывал о планах, показывал станки, собранные местными Кулибиными. Вспомнил, как после «Политеха» пришел на один из заводов, придумал робота - видео-зрение. Но в конструкторском бюро на него посмотрели устало, как на человека, который мешает привычному процессу.
«Записался я тогда к главному инженеру на прием, тот сказал месяц ждать, - вспоминал Игорь. - Ну жду. Мне потом из приемной инженера звонят: «Вы насчет квартиры?» «Нет, я по работе». Зашел в кабинет, рассказываю: «Вот у нас человек на холоде сидит, ворота открывает, можно автомат сделать, вот девушка весь день смотрит на конвейер, высматривая неровности в деталях, можно видео-зрение сделать». Инженер на меня смотрит, улыбается: «Нельзя». Я тогда вышел, кажется, даже дверью хлопнул.
Игорь Афонин и спасенные утки
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
Первые экспонаты
Тогда молодой инженер и собрал команду с мозгами и руками, которые могли собрать супер-станок из металлолома. У одного из сотрудников даже было прозвище Эйнштейн.
В то время на территории был только один цех, но уже тогда креативный дворник Геннадий Шиховский создал маленький музей, среди экспонатов которого был даже договор с «крышей». Кто жил в девяностые помнит, что это означало силовое покровительство бизнеса.
«Наезжали бандиты разные, требовали плату за охрану, в итоге выбрали мы спортсменов, - вспоминает Афонин. - Потом как-то помощь от них потребовалось, те ничего не сделали, я перестал им платить. Приезжали с угрозами, нет, говорю и все. В какой-то момент с сердцем начались проблемы, но я не отступил».
Письмо дедушке морозу
По выходным в музее были шахматные турниры, в честь них стояла большая выточенная из дерева пешка. Но главным увлечением Афонина всегда была страстная тяга к изобретениям. Даже когда я однажды попросила перед новым годом нескольких предпринимателей отправить через «Комсомолку» письмо Деду Морозу, Игорь написал: «Дедушка Мороз, если ночью не спать, то пусть я буду изобретать что-то новое».
Сегодня на его предприятии даже перестали патентовать свои ноу-хау - так много уже разных изобретений.
«Раньше мы любили хвалиться, но теперь считаем это баловством», - говорит Афонин.
Директор, кстати, всегда поощряет своих сотрудников за идеи. Даже если кто-то просто их высказывает, сразу же выплачивают премию. Раз речь зашла о бонусах для работников, заметим, что на предприятии организовано бесплатное питание, бесплатная стоматологическая помощь, есть спортзал, теннисная площадка, волейбольная.
Картинная галерея
Когда в молодости Афонин покупал для семьи дом на улице Никитина, то ничего не знал про его историю. Строение было с прогнившим полом, по ночам было слышно, как в подполье дерутся крысы. Чтобы ремонтировать его изнутри, поставили палатку и в ней жили. Это потом уже приехал из Питера один из бывших квартирантов, рассказал про то, кто здесь жил в прошлом веке. После на доме появилась мемориальная табличка, в музее можно прочесть историю дома, начиная с владельца-управляющего у купца Ивана Федулова.
С картинной галерей - отдельная тема. Первые картины Игорю подарил друг детства Слава Дремов, который заболев, стал рисовать. Картины ушедшего из жизни одноклассника встречают сразу на входе. А потом Игорь как-то заехал в галерею Республики ИЗО и замер перед одним полотном.
«Я смотрел и будто в детство свое попал на поселке Восточном. Дом старый, рукомойник, баня полуразрушенная…»- вспоминает Афонин. Это была работа Антона Кондакова.
Сегодня в выставочном зале музея предприятия 50 картин только этого художника. Пейзаж «Одиночество» написан по заказу. Афонин специально возил Антона к старому дому в Алейском районе, чтобы тот нарисовал его. Когда подъехали к полуразвалившемуся жилищу, стоящему на отшибе, вышел грустный дед и сел на крыльцо. Так родилась композиция: старый человек доживает свою жизнь, все уехали. На дальнем плане разрушившийся колхоз, в котором когда-то работал сидящий на крыльце человек. Осенний пейзаж, размытая дорога…
Картина «Одиночество» Антона Кондакова
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
«Для меня было открытием - большой музей на территории завода, – делится впечатлениями искусствовед Любовь Норгелене, – удивлению не было предела. Ожидала маленький зальчик… А тут перед глазами: скульптуры, картины, разных авторов, графика, предметы старины».
Искусствовед сегодня читает в музее «Аксоида» лекции по изобразительному искусству. Вход на лекторий свободный, слушателей много.
Выпуск книг и премии литераторам
В прошлом году в непростые дни взлета цен, сокращений и экономий, семья Афониных учредила литературную премию журнала «Алтай».
Вручение премий литераторам
Фото: Олег УКЛАДОВ. Перейти в Фотобанк КП
«Редко, где найдешь, чтобы за стихи что-то дали, чаще по голове получишь, а тут деньги», - с изумлением пошутил на церемонии вручения премий один из молодых поэтов.
За несколько месяцев до этого Игорь Афонин с подачи писателя и поэта Николая Байбузы оплатил тираж двухтомника «Поэзия» и «Проза» алтайских писателей и поэтов, привез его в край из Москвы, предоставил экземпляры авторам, а также в подарок каждому гостю презентации. Кроме того, предусмотрел гонорар для всех авторов двухтомника, в том числе наследникам уже ушедших из жизни. Но и тех, у которых наследников нет не обошли вниманием. На гонорары привели в порядок их могилы.
На презентации двухтомника
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
«Это о том, как предприниматель не яхту себе купил, - эмоционально написала на своей странице во «ВКонтакте» Елена Безрукова, министр культуры Алтайского края. - Пример такого меценатства за последние годы я встречаю впервые в нашем регионе».
Вручение премий литераторам
Фото: Олег УКЛАДОВ. Перейти в Фотобанк КП
И министр, и другие литераторы особо отметили скромность мецената, его непарадную человечность.
Этот человек не афиширует, что еженедельно выделяет 60 тысяч бойцам на защитные средства, что назначил стипендии (по 50- 30 тысяч рублей) ряду художников и скульпторов, кому-то из талантливой творческой братии даже помогает выплатить ипотеку. На выпуск того же двухтомника было потрачено полтора миллиона из прибыли предприятия.
«Я не помню такого от слова «совсем», - говорит Лариса Вигант, редактор журнала «Алтай». - Оттого все время, пока занималась составлением тома прозы, и по сей день нахожусь в легком недоумении. Будто постоянно спрашиваю себя: так бывает? А вот бывает...»
«Стали свидетелями чуда»
«В наше время меценатство, которое в старинные года было неотъемлемой частью общественной жизни России, вызывает удивление и восторг, - размышляет Александр Строганов, известный психиатр, драматург, писатель. - В особенности, когда речь идет об издательских проектах. Меценаты сегодня – персоны сказочные, волшебные. Ибо изменилась система ценностей, а вместе с ней ориентиры, вкусы печатников и книготорговцев. В эту систему подвижники не вписываются. Сегодня литературное пространство существует по законам рынка со всеми вытекающими последствиями. Минули времена поиска талантов, открытий. Автору, сумевшему сберечь в себе красоту изящной словесности, свойственное русской традиции неспешное волнение духовных исканий, автору, нацеленному на поиск новых форм и смыслов, рассчитывать на публикацию, а, следовательно, признание не приходится. В особенности, если речь идет о писателях провинциальных. Только чудо может что-то изменить в их судьбах. Явление мецената и есть такое чудо. Можно констатировать: мы стали его свидетелями».
Александр Строганов назвал подвижничество Афонина чудом
Фото: Олег УКЛАДОВ. Перейти в Фотобанк КП
Помогают душу разглядеть
Близкие люди (жена Жанна и четверо детей) главу семейства целиком поддерживают и помогают. А вот посторонние Игоря Афонина зачастую спрашивают: «Зачем тебе это надо художников спонсировать?» Когда узнают, что этот человек еще и выкупал уток, которые служили приманками у охотников, рыб, пока живы, у уличных торговцев, и даже норы мышей закрывает сетками, чтобы коты не могли добраться, некоторые крутят пальцами у виска.
Игорь и Жанна Афонины
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
«Я не блаженный, хотя ненормальный, - улыбается Игорь. - Зверей спасаю, потому что чем дольше живу, тем больше понимаю, что у каждого живого существа есть душа, а писатели, поэты, художники, они ведь помогают это разглядеть. Но эти талантливые люди сегодня сами как караси, задыхающиеся на рынке. Надо помогать».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Чаще по голове получишь, а тут - деньги». Барнаульский меценат учредил премии литераторам
«Служили приманками». Барнаулец спас уток из рабства, и теперь кряквы с выводком обожают его