«Дяденька, хочешь яблочек?». На Алтае вышла книга о знаменитом селекционере Михаиле Лисавенко
Сергей и Наталья Тепляковы написали книгу о Михаиле Лисавенко
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
3 октября исполняется 127 лет со дня рождения Михаила Афанасьевича Лисавенко – выдающегося селекционера, основателя сибирского садоводства, академика ВАСХНИЛ. Его имя носит научно-исследовательский институт садоводства Сибири, бюст Лисавенко установлен в центре Барнаула – у главного корпуса Алтайского государственного аграрного университета. Именно Лисавенко основал и барнаульский дендрарий в 1953-м году. Да что говорить! Большинство садоводов Алтая на своих участках выращивают яблони, груши, сливы, ягоды, выведенные Михаилом Афанасьевичем и его учениками.
Сергей и Наталья Тепляковы написали книгу о Михаиле Лисавенко
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
Недавно на Алтае в серии «Алтай.Судьба.Эпоха» вышла книга про Михаила Лисавенко. Авторы Сергей и Наталья Тепляковы несколько лет собирали архивные материалы о Михаиле Афанасьевиче в Барнауле, Красноярске, Ачинске, проводили интервью с ветеранами Института садоводства Сибири, родственниками и коллегами Лисавенко.
Документальные факты в своей книге авторы излагают через «живые картины» – маленькие художественные рассказы. Из них мы узнаем, например, как семилетний Миша с сестрой делили драгоценное пасхальное яйцо, как гимназист Лисавенко в Красноярске редактировал журнал и дружил с молодым талантливым писателем, как он влюбился в племянницу известного в Красноярске садовода Крутовского, как в 20-е годы XX века работал экономистом кролиководческого совхоза в Ачинске, а также про его приключения в неугомонных поисках новых сортов плодовых деревьев.
Сергей и Наталья Тепляковы написали книгу о Михаиле Лисавенко
Фото: из личного архива героя(ев) публикации.
Есть и грустные истории о смерти матери, потере приемного сына ... Жизнь Михаила Афанасьевича была не простой: арест отца, сбежавшая первая жена, смерть единственного сына, тяжелая, и поначалу совсем неблагодарная работа по возведению первых садов... Энтузиаст много лет жизни отдал чтобы вывести зимостойкие сорта и сам также стойкий, как и его яблони к морозу, выдерживал удары судьбы. При этом не потерял веры в людей, и в свою большую мечту – сделать возможным садоводство в Сибири.
Из книги «Михаил Лисавенко»
…Мальчишки дразнили пса, но подходить близко боялись. Они с деревенским задором поглядывали на растерянного Лисавенко.
- Дяденька, хочешь яблочек? Вкусные.
Лисавенко понимал, что договориться с разъяренной псиной вряд ли получится. Костей с собой в дорогу с Михайлой взять они не додумались. От любого приближения к дереву пес приходил в бешенство. А, увидев Михайлу с палкой в руках, лохматый сторож разозлился пуще прежнего. Казалось, что он вот-вот сорвется со своей веревки.
Лисавенко подозвал из толпы мальчишку постарше.
- И что, никто из вас яблочко не пробовал?
- Да пробовали... Не дураки же. Один отвлекает пса, другой бежит к дереву с другого краю. Но надо быстро бежать. Васька не успел, без штанов остался и ноги покусала. А Степка так сиганул, что на дерево залез. Сидел там как ворона, плакал, мамку и отца звал…
Михайла не без ехидства поглядел на Лисавенко узкими глазами:
- Афанасьич, ну из нас двоих ты самый молодой. Я, так и быть отвлеку, а ты…
Ребятня радостно завизжала в надежде на представление от гостя в штанах без заплаток. Но Лисавенко укоризненно зыркнул на Михайлу:
- Шуточки твои… У собаки есть хозяин. Пойду договорюсь. Мы же не воровать, мы для разведения.
Яблонька принадлежала раскулаченному крестьянину Стремякову. И, по всей видимости, злая собака тоже. Остатки сада национализировали и передали Маслопрому. Яблоки, по мнению местных жителей, действительно были вкусные, и, чтобы их не растащили, решено было привязать пса. Но доверять собаке кулака новая власть не могла. Для верности к яблоне был приставлен сторож, который дежурил в шалаше неподалеку. А вот он собаке доверял полностью, поэтому в шалаше спокойно распивал самогонку с товарищем- еще одним сторожем
- Здравствуйте, товарищи!
От интеллигентного вида Лисавенко у сторожей в груди появилось неприятное чувство вынужденного протрезвления. Первое, что они подумали: погорели, проверка оттуда.
- Вам, наверное, может показаться моя просьба странной. Я бы хотел яблоню вашу изучить, для разведения…
Сторожа плохо понимали, о чем говорил интеллигентный гость. Все эти слова про плодоношение, черенки казались им очень странными. Но тут они услышали то, чего боялись услышать. В своей речи Лисавенко обронил одно лишь понятное для них слово. Он сказал примерно так: «Будем сад сажать…».
Пьяные сторожа услышали только слово «сажать» и тут же принялись каяться.
- Милый, добрый человек, ну только не сажать! Работать будем! Пахать! Только не сажать!
Лисавенко возразил:
- Как же, товарищи! Это же для колхоза! Для ваших семей! Для детей! Сад — это наше будущее!
Сторожа уже больше ничего не слышали. Один из них даже в пьяном тумане принялся горько рыдать и все причитал:
- Не сажай! Ой, родной отец, не сажай! Пахать буду, па-ха-ть!
Ситуацию исправил Михайла. Он вытащил сторожей из шалаша и голосом злого трезвого председателя колхоза приказал выпивохам идти держать собаку, пока товарищ-садовод будет резать ветки. Те, напуганные тюрьмой, крепко держали пса и только робко предложили:
- Может, лучше березовые, если вы в баню собрались.
- Я тебе сейчас такую баню устрою,- отрезал Михайло.
Черенки были срезаны. Ребятня, пользуясь моментом, радостно набирала за пазуху зелененькие яблочки со сладкого дерева. Лисавенко тоже взял несколько, обтер об рукав, попробовал на вкус.
- Хм…
-Что, Афанасьевич, кислые?
Лисавенко засмеялся ж :
-Да уж не сладкие…».
Читайте также
Трое на велосипедах, не считая обезьянки. Сто лет назад физкультурник с Алтая отправился в кругосветный велопробег
Комсомолец с Алтая сто лет назад совершил лихую кругосветку на велосипеде (подробнее)