«И опухоль исчезла». О чем рассказала преподаватель математики МГУ после встречи с иконой Божьей матери на Алтае

Паломники у чудотворной иконы. Фото Богдана Кириллова

В июле исполнилось 30 лет, как в Коробейниковский храм на Алтае возвратилась икона Казанской Божьей матери. Все эти годы чудотворный образ притягивает сотни паломников со всей России. Нынче, в 26 Крестном ходе в Коробейниково шли около тысячи человек, а на празднике Казанской Божьей матери у храма насчитывалось уже более трех тысяч гостей.

Среди паломников, прошедших Крестным ходом в Коробейниково, была и Татьяна Вдовенко, преподаватель высшей математики Московского государственного университета. В интервью корреспонденту «КП»-Барнаул» Татьяна рассказала о том, как пришла к вере и почему отправилась в Коробейниково.

В поисках источника жизни

- Я с детства стала задумываться о смысле жизни, - рассказывает Татьяна. - Помню потрясение, когда бабушка взяла меня на похороны. Как так, растерянно думала я: недавно с этим человеком общалась, он был живой, а теперь лежит в гробу… Спрашивала у родителей, почему люди умирают. Те отвечали: « Мы живем, пока бьется сердце. Источник жизни - в сердце». И я стала читать про сердце. У меня был просто интеллектуальный взрыв. Стала изучать анатомию человека, увлеклась биологией, ДНК, РНК, теорией Дарвина, уже в шестом классе читала все за 11 класс. Потом я поняла, что над всем этим есть более крупная математическая абстракция, там более общие категории. Стала заниматься математикой, побеждать олимпиады. Поступила в Московский университет, в аспирантуру. Преподаю математику, логику, теорию алгоритмов.

Татьяна Вдовенко искала смыл жизни с детства

Фото: Марина КОЧНЕВА. Перейти в Фотобанк КП

- Ты однажды вечером в палатке говорила с кем-то по телефону математическими терминами. Интересно, о чем?

- Речь шла о теории принятия решений. Как выбрать оптимальное решение при ограниченности ресурсов. Ресурсы у нас всегда ограничены, важно сделать стратегию чтобы получить максимальную прибыль.

- Ух ты!

- Да, все математизировано, и математика очень сильно затягивает. Можно жить в математическом мирке и никуда не выходить.

- Игра в бисер?

- Да, «Игра в бисер», как у Германа Гессе. Но я поняла, что нужно выходить за эти пределы. Наука все не описывает.

Когда я поступала в МГУ, была неверующая еще, зашла в храм, поставила свечку, пообещала, если поступлю, буду ходить в церковь. Но когда поступила, обещание отодвинула. При этом помнила. И как-то зашла на праздник Казанской Божьей матери в храм Христа Спасителя. Попала на литургию и из меня слезы полились. Я поняла, что в этом есть колоссальная сила. Заинтересовалась, что такое исповедь, причастие, стала запоем читать духовную литературу. Там прописывалась реальная сила соединения с Богом. Это было то, что я искала всю жизнь. Я поняла, что источник жизни не сердце, не математика, а Бог.

Готовили к операции, и вдруг…

- Прости Татьяна, но как сочетается у тебя математика, логика и вера?

- Элементарно. Есть, к примеру, математическая логика. Сами логики говорят, что в нее нужно верить. У нас много на мехмате людей, которые близки к Богу. В Храме мученицы Татьяны в университете служат практически все выпускники МГУ. Среди настоятелей монастырей есть математики.

- А как родня отнеслась к тому, что ты стала воцерквленной?

- Бабушка Мария радовалась. Перед смертью бабушки я приглашала священника, мы ее соборовали. Для родителей (папа был инженер, мама - экономист) тогда это было странным.

- А сейчас?

- Папа тоже уже ушел в мир иной. Мама иногда заходит в церковь свечки ставить. Это человек кристальной совестливости. Для нее было Божьим чудом, когда у меня исчезла опухоль.

- Могла бы ты чуть подробней об этом рассказать…

-У меня была опухоль. Мама в панике отправила меня к профессорам. Меня готовили к операции, а я стала молиться Богородице. Мама при этом говорила: «Отмолить можно простуду, а не опухоль». И вот на последнем УЗИ, когда решили посмотреть еще раз, чтобы наметить план операции, вдруг слышу слова: «Тут же была опухоль, ее нет». Это было чудом для моей мамы

У Бога все живы

- Часто так бывает, слышала, что человек очаровывается верой, а потом жизнь начинает приземлять.

- Да, моменты выгорания бывают, все по синусоиде развивается. Это нужно для духовного роста.

- А у тебя с чем были связаны минуты выгорания?

- С личными отношениями. Был молодой человек, с которым мы общались два с половиной года. Раньше он был наркозависим и ушел от этой привязанности к Богу. Но у него после этой химической зависимости были эмоциональные качели. То благодушие, любовь, то ненависть ко мне. Я надеялась, что поженимся, хотела все терпеть, но не сложилось. Долго плакала. Помогли Крестные хода и поездки по святым местам. С Валаама приехала другим человеком. Кто страдает, советую поехать на Валаам и потрудиться. Когда неуравновешен, шатает в разные стороны, очень помогает. На второй день я там была уже радостная и спокойная.

- А что ты чувствовала в Коробейниковском Крестном ходу, о чем молилась?

- Чувствовала присутствие Божьей матери, она здесь шла. Ненавязчивая, мягкая благодать ощущалась. Если откровенно, молилась здесь о женском счастье. После расставания с молодым человеком, скажу честно, были мысли уйти в монастырь, потом они ослабли. Встреча с иконой в Коробейниково стала для бесконечной радостью, которую словами трудно передать.

- А как сейчас ты относишься к смерти, которая так напугала тебя в детстве?

- Сейчас я чувствую, что у Бога все живы. Чувствую людей, ушедших в мир иной через молитву, чувствую, что они молятся за меня и помощь их чувствую.

Читайте также

По синусоиде - в объятия Богородицы. Удивительные истории из Крестного хода на Алтае

Корреспондент «Комсомолки» участвовала в паломничестве к Коробейниковской иконе (подробнее)