«Однажды цыганка помогла раскрыть крупную кражу будильников»: вся правда о буднях уголовного розыска

Бывшие и нынешние сотрудники полиции отмечают, что преступность на железной дороге снизилась

Фото: Олег УКЛАДОВ. Перейти в Фотобанк КП

5 октября в России отмечается День уголовного розыска. В преддверии праздника гостями радиостудии «Комсомольская правда»-Барнаул» стали ветеран организации Алтайского линейного управления транспортной полиции Валерий Маврин, а также действующий оперуполномоченный уголовного розыска управления Вячеслав Быстров.

Редактор «КП»-Барнаул» Ольга Ведерникова и ветеран Алтайского линейного управления транспортной полиции Валерий Марвин

Фото: Ольга ВЕДЕРНИКОВА. Перейти в Фотобанк КП

Ольга Ведерникова, редактор «КП-Барнаул»: Чеп транспортная полиция отличается от обычной?

Валерий Марвин: Транспортная полиция обслуживает объекты на железнодорожном транспорте, авиацию и объекты на воде - лодки, теплоходы и т.д. Каждый сотрудник закреплен за отдельным подразделением: если отучился на сферу авиации – то в аэропорту, если железнодорожник – на вокзалах.

- У полицейских-«водников» самый активный сезон – это лето, а зимой они отдыхают? Или преступники не дремлют?

Валерий Марвин: Отдыхать некогда, так как мы боремся не только с теми, кто совершает кражи, но и с браконьерами, которые незаконно ловят рыбу и летом, и зимой. Знаете, что такое ловля на самоловы? Это рыбалка с помощью больших крючков и приманки, так добывают осетровых, к примеру, налима, в больших количествах. Браконьерство с большим ущербом – это состав преступления, поэтому и раскрытием занимается транспортная полиция.

- Все-таки есть в вашей профессии романтика: поезда, перроны…

Вячеслав Быстров: Помимо поездов и вокзалов есть и прилешающие территории. Вообще у нас очень большая территориальная протяженность. Преступление может быть совершено в одной точке, а известно об этом стало в другой.

Валерий Марвин: Грубо говоря, произошла кража в Алтайском крае, а оказаться ты можешь в командировке во Владивостоке, чтобы найти преступника. Такое было не раз. Выезжали в разные регионы.

- А сейчас преступлений стало меньше?

Валерий Марвин: Преступность пошла на убыль, да. Не только потому что мы хорошо работаем, но и потому что сами подразделения (сотрудники железной дороги, авиапредприятий) стали уделять больше внимания безопасности. Снижение уровня преступности наблюдается примерно с 2000-х годов.

- Как вообще проходит обычный день сотрудники транспортной полиции? Ждете, пока кто-то совершит преступление?

Вячеслав Быстров: Я работаю уже девять лет, и каждый день расписан поминутно: либо ты устанавливаешь жуликов, либо ищешь свидетелей, занимаешься исполнением материалов, текущими моментами, подключаешься к сбору первичных улик и так далее.

- Валерий Егорович, а со времен, когда вы работали, ничего не изменилось?

Валерий Марвин: В свои 27 лет я стал начальником линейного пункта милиции на станции Бийск. Как же мне было комфортно во времена, когда я был не начальником, а инспектором. Там отвечал за свои обязанности, а потом пришлось отвечать за все подразделение. Утром первым делом проверял, что произошло за ночь, узнавал новости со станции.

Бывало, что организация получала груз и обнаруживала недостачу. Составляется акт. Порой не хватало не то чтобы мешков, а целых вагонов. Вернее: сами вагоны-то приходили, а вот груза в них не было, хотя по документам все есть. В те времена кража на пять тысяч уже считалась крупной, и преступление ставили на контроль.

На железной дороге фиксируется все: с момента погрузки до момента выгрузки. Отправитель навешивает на груз пломбу, на двери накручивается закрутка, и если на какой-то станции замечают, что пломбы нет, то составляют акт и навешивают новую пломбу. К примеру, пошел вагон из Калиниграда в Бийск, груз пришел лишь частично, смотрим – а пломба не та, которую делал отправитель. В наше время кражи из вагонов были очень распространены, и воровали в основном работники железной дороги.

- А как искали преступников, ведь камер видеонаблюдения раньше не было?

Валерий Марвин: Как-то находили. Помню, был случай, как японцы отправили ковер королеве Англии. Вагон шел через станцию в Новосибирской области, где его украли и разрезали – шесть воров поделили полотно и забрали каждый себе по куску. В итоге нашли и воров, и ковер. Очень сильно в раскрытии преступлений помогают люди.

- Получается, что идеальных преступлений нет?

Валерий Марвин: Нет, я всегда говорил молодым сотрудникам: нужно идти в люди, задавать вопросы,а не сидеть в кабинетах.Да, есть те, кто недолюбливает полицейских, но основная масса людей помогают.

- А можете привести конкретный пример, как люди помогли раскрыть преступление?

Валерий Марвин: На станции Бийска вскрыли вагон и похитили крупную партию будильников. Ежедневно планерка начиналась с вопроса, почему мы не можем раскрыть кражу. Ну, не получалось! И вот иду я неподалеку от подразделения по аллее, вижу цыганку, которая там часто девчонкам гадала, а она меня останавливают и спрашивает, почему я такой печальный. При этом добавлет: «Часы не можешь найти, которые из вагона украли?». И рассказала, кто украл. Проверили – действительно, названные люди были причастны к краже. Я спросил ее потом, зачем она помогла – сказала, что это благодарность за то, что я ее не трогаю и она с детьми может на хлеб зарабатывать.

- Одна из самых тяжелых ситуаций на железной дороге, это когда поезд сбивает человека. В таких ситуациях всегда один и тот же вопрос: как можно не заметить приближающийся состав?

Валерий Марвин: В год порой по 15 человек погибали под поездом. Происходит это обычно в местах, где нельзя переходить железную дорогу. Машинист, даже если увидит человека, не всегда может остановить поезд: вагон на тормозах едет еще почти километр.

Сейчас, к счастью, все станции огорожены, поэтому таких аварий стало гораздо меньше. Но все равно еще происходят ЧП, где если и не погиб человек, то остался калекой. Помню, один дедушка катил коляску через пути, и она застряла, а перетянуть не получалось. Начали ему кричать, чтобы бросал тележку с овощами, а он не стал. В итоге лишился ноги.

- А как обстоят дела с зацеперами?

Вячеслав Быстров: Самое опасное, когда они залазят на крыши электропоездов и задевают провода, бывают и летальные случаи, и тяжелые травмы. Человек просто вспыхивает как свечка.

Валерий Марвин: В наше время зацеперов не было, но был случай, когда два пацана сели на вагон, ехали спиной и ударились головой о мост. Оба погибли.

- Какую запрещенку провозят пассажиры? Что вы находите?

Вячеслав Быстров: И патроны, и наркотики могут везти. Но пронести такое в поезд сейчас практически невозможно – на всех вокзалах досматривают багаж, есть собаки и металлодетекторы.

С праздником!

"Комсомолка" поздравляет всех причастных к уголовному розыску с профессиональным праздником!

- Уголовный розыск - это одна из лучших и мужественных профессий. Поздравляю всех ветеранов! Как поет в одной из песен Владимир Высоцкий: Давайте выпьем за тех, кто в МУРе, за тех, кто в МУРе, никто не пьет. Владимир Семенович, вы ошиблись. За тех, кто в МУРе пьют очень многие, и многие их поздравляют! - присоединился к поздравлениям ветеран организации Алтайского линейного управления транспортной полиции Валерий Маврин.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Сколько зарабатывают алтайские полицейские

Самая маленькая зарплата – у сотрудников ППС, самая большая – у оперов (подробнее)