Страсти по стандарту образования: За и Против

Весть о том, что в ближайшее время заработают новые образовательные стандарты для старшей школы, всколыхнула общественность. Реформу образования обсуждают всем миром – от ученика до профессора ВУЗа. Но так ли страшен новый стандарт, как его малюют? Правда ли, что из школьной программы исчезнет русский язык, что останутся только четыре обязательных предмета, что родителям придется платить за учебу в школе?

На эти и другие вопросы постарались найти ответ участники круглого стола: заместитель начальника Управления Алтайского края по образованию и делам молодежи Юрий Абдуллаев, главный специалист комитета по образованию Барнаула Лариса Колченко, координатор организации «Гражданская инициатива за бесплатное среднее образование на Алтае» Сергей Васильев, председатель краевого союза «За здоровое развитие детей», член Общественной палаты Алтайского края Евгения Морозова, сопредседатель регионального отделения ООД «Всероссийское родительское собрание», член экспертного совета Общественной палаты Алтайского края Ирина Каланчина, заместитель директора по учебно-воспитательной работе лицея №129 Татьяна Кулешова, директор средней общеобразовательной школы №38 Евгений Васин, заместитель директора по учебной работе средней общеобразовательной школы №59 Ирина Филиппова и доктор психологических наук, заведующий кафедрой МПСИ в Барнауле Борис Сосновский.

НЕстандарт?

Ю. Абдуллаев: - Разработчики стандарта для старшей школы продолжают идеологию, которая сложилась при разработке стандартов для начальной и средней школы. По сути, новый стандарт закрепляет идею профильного обучения, которая уже давным-давно реализуется на практике. Сам характер стандарта, безусловно, прогрессивный. Учиться сейчас по стандартам 90-ых годов, когда мы уже перевернули страницу второго десятилетия XXI века, достаточно сложно. Главное, чтобы стандарт был понятен простому учителю и были выработаны четкие технологии его внедрения. На сегодняшний день 95 школ в крае работают по новым стандартам. Обязательным для всех стандарт станет к 2020 году.

С. Васильев: У меня иное мнение на этот счет. Сама по себе выбранная идеология - неверная. Вот почему люди говорят «НЕстандарт»? Да потому что в стандарте нет ни слова о знаниях. Совершенно непонятно, какие знания должен получить школьник. В тексте документа сплошные обтекаемые фразы. А как определять выполнен стандарт или не выполнен? А идеология такая, что знания больше не нужны. Это мы слышим от самих же разработчиков стандарта. Их любимое слово – «избыточность знаний». Дескать, 80 % школьных знаний не пригодится. Так это целая революция получается. Давайте обсудим ее для начала! Нужна ли нам такая революция?!

Е. Морозова: Я выражаю не только свое мнение, а представляю комиссию по образованию, культуре и делам молодежи Общественной палаты Алтайского края. В новом стандарте есть и плюсы и минусы. Начну с плюслв: впервые в стандарте описаны условия реализации этого самого стандарта. Во-вторых, стандарт предполагает более ярко выраженную индивидуальную траекторию обучения школьника. Еще один плюс – стандарт является попыткой преодолеть кризис в образовательной системе.

И. Каланчина: С точки зрения здравого смысла у меня много вопросов к стандарту. Наше образование почему- то реформирует не специалисты в данной области. Ни Кондаков, ни Асмолов, ни Кузьминов не работали в школе. Я слышу, что знания «избыточны». Эту фразу в выступлених Кондакова я слышала трижды. А господин Асмолов заявил, что знаниевая парадигма уже устарела. Но это вовсе не XXI век. Стандарт с подобными целями ввергает нас в полное средневековье, когда католическая церковь намеренно насаждала безграмотность и невежество, чтобы было легко управлять людьми. В наше время избыточных знаний нет.

Е. Морозова: В новом стандарте есть моменты, которые меня настораживают. Государственный стандарт основывается на компетентностной образовательной парадигме. Но в образовании уже перестали спорить о том, какую прадигму выбрать. Их несколько – знаниевая, духовно-нравственная и компетентностная. Но ученые давно пришли к мнению, что доминанты одной в ущерб другой быть не может. Должно быть пропорциональное соотношение всех трех парадигм. В новом стандарте знаниевая парадигма отодвигается. В тексте стандарта я встретила только описание компетенций.

Ю. Абдуллаев: От знаниевой парадигмы никто не отказывается. Десять часов внеурочной деятельности будут обеспечивать развитие компетентстного подхода, а базовые знания как были, так и будут.

Е. Морозова: Юрий Геннадьевич, вы были директором школы, сталкивались вы с такой проблемой, что девятиклассник выбирает химико-биологический профиль не с прицелом того, что пойдут на хим или биофак, а идет вслед за одноклассниками и классным руководителем. Я, как директор, школы, обнаруживаю в 50% случаев неосознанность выбора профиля. Сама идея профильного образования в рамках класса иногда является пустышкой.

Ю. Абдуллаев: Новый стандарт и призван поправить ту ситуации, о которой вы говорите. Здесь не будет идти речь о расформировании класса. Школьнику не приходится уходить из класса, он в рамках своего класса будет выбирать траекторию своего обучения.

«Физруки и обжшники могут спать спокойно»

Ю. Абдуллаев: Разговоры о том, что только четыре предмета в школе останутся обязательными (физическая культура, ОБЖ, Россия в мире и индивидуальный проект – Прим. авт.) – это миф. Просто эти дисциплины имеют строго фиксированное количество часов. Обязательными будут все предметы.

Ученик будет иметь право выбора. Какие-то предметы он будет изучать по базовому плану, а какие-то по профилю, более углубленно. Вот говорят, что будет выбрано 11 предметов. Их и сегодня у нас 12. Согласен, что это революция в образовании. Она началась задолго до нас.

С. Васильев: Если посмотреть первый вариант стандарта, там же четко видно, что ученик может выбирать из шести предметных областей. Допустим, естественно-научные дисциплины – химия, физика, биология. Ты можешь выбрать одну или две из предметной области. Очевидно, что многие предметы при таком раскладе не будут выбраны. Взять, к примеру, географию, я не знаю, кто ее вообще выберет. Выбор должен касаться факультативов, элективных курсов. А иначе к чему это приведет? Не секрет, что большинство выпускников нацелено на экономические и юридические факультеты. Что они будут выбирать? Предметы, которые позволят им поступить. А это обществоведение, экономика.

Е. Морозова: Во втором варианте стандарта фиксированное количество часов имеет не четыре предмета, а пять. Мы продавили русский язык всем миром. Но мне непонятно, почему физическая культура становится целью обучения? ОБЖ на старшей ступени школы призван формировать чувство патриотизма и стимулировать юношей на службу в армии. Но мы же не в Израиле? А вторая половина обучающаяся в старшей школе, наши девушки?

Ю Абдуллаев: Почему выбраны физическая культура и ОБЖ понятно – здоровье нации – это основа. Индивидуальный проект – это портфолио ученика, его индивидуаотная образовательная траектория. Предмет «Россия в мире» должен дать ребенку представления о том, в какой стране он живет, что представляют взаимоотношения нашей страны с другими государствами.

Е. Морозова: Наши учителя окажутся в разной ситуации. Спокойно сейчас могут спать физруки и преподаватели ОБЖ. А, к примеру, учителю биологии, каждые два года не будет гарантировано место и заработная плата. Каждые два года будет определяться его нагрузка – выберут или не выберут. Математика будет востребована в любом случае, а вот по поводу информатики вопрос остается открытым. Согласно новому стандарту, стабильности у учителей не будет.

Профильное обучение. Хорошо или плохо?

Ю Абдуллаев: Допустим, ученик решил поступать в медицинский университет и точно знает, что не пойдет, скажем, в поэзию. Сейчас у него есть стандартный набор предметов. Ученик сейчас углубленно штудирует физику, химию, математику. Но есть ряд предметов, на которые он вынужден ходить. Мы преподаем ему углубленно предмет, который ему не пригодится. Тем самым мы его толкаем к тому, чтобы он нанимал репетитора. Зачем тратить бюджетные деньги на такое образование, когда все идет под одну гребенку. Наверное, старшеклассник уже имеет право на выбор.

И. Каланчина: Физиологи и психологи знают, что только к 23 годам в мозгу человека формируются участки, которые отвечают за волевые аспекты. Хорошо, что ребенок может выбрать свой профиль, но не сделает ли он ошибку при выборе?

С. Васильев: Что касается возможности выбора предметов, это совершенно необоснованно. Вот раньше не позволяли выбирать. А теперь школьник настолько созрел, что в состоянии сам делать свой выбор? Если треть населения считает, что Солнце – это спутник земли, то о чем тут можно говорить? Сегодняшние дети гораздо менее способны выбирать, чем их предшественники двадцать лет назад.

Е. Морозова: Если посмотреть с другой стороны, школа будет предлагать тот профиль, на который она способна. Реально выбор в городе есть, а в селе? Эта свобода выбора будет только частично реализована. А что будет в сельских школах, где нет профиля и нет возможности его сделать?

Ю Абдуллаев: Порядка 80% школьников уже обучаются по профилю. Нас волнует технология преподавания, выбора индивидуальной образовательной траектории для школ, которые не имеют классов комплектов в параллели. Это один из главных вопросов, которые мы задаем разработчикам стандартов.

Б. Сосновский: Никто еще не доказал, что профильное обучение чем-то лучше. Никто не доказал, что даже к моменту окончания школы ребенок готов к самоопределению. А его начинают подталкивать к этому с первого класса.

Реформа коснется и ЕГЭ?

Л. Колченко: В связи со сменой образовательных стандартов поменяется и сама итоговая аттестация. Ее форма. Пока даже нет оснований спорить на эту тему, так как система будет изменена.

Е. Морозова: Если будет три уровня освоения какого-то предмета, то и соответсвенно формы контроля за компетенциями и знаниями будет тоже три. Это по каждому предмету.

И. Каланчина: Эксперимент на эксперименте! Только с ЕГЭ стало все более менее утрясаться, как мы опять собираемся его переделать. В какие затраты это опять выльется?

И. Филиппова: Ирина Николаевна, думаю через некоторое время, в связи с введением новых стандартов, ЕГЭ будет также проводиться дифференцировано. Уже сейчас заполняя базу, мы указываем, учится ли ребенок по универсальному профилю или физико-математическому. Я не думаю, что сильно поменяется конечная экспертиза знаний. В новом стандарте идет речь о технологии. Если ребенок выбрал физико-математический класс, то в финале он получит контрольно-измерительный материал (КИМ) профильного обучения. А если ребенок занимался по гуманитарному профилю, то он тоже, к примеру, будет сдавать математику, но у него будет специальный КИМ гуманитарного профиля..

Е. Морозова: По поводу ЕГЭ, тестовая система – это отсталая педагогическая технология контроля знаний учащихся. Это слова президента США Барака Обамы. В своем выступлении перед Конгрессом, он заявил о срочном отказе от тестовой проверки знаний и возврату к классической проверке фундаментальных знаний.

Все, что сейчас происходит: проект об образовании, принятый ФЗ - это все звенья одной цепи. Я бы назвала это разрушением системы российского образования.

За школьное образование придется платить?

И. Каланчина: Образование должно быть бесплатное и в школе, и в ВУЗе. Тогда у нас будет и Ломоносовы и Гагарины, и Шукшины, и другие самородки.

Ю. Абдуллаев: О том, что образование станет платным, это еще один миф. Дело в том, что ФЗ 83 – это не закон о коммерциализации сферы образования. Образование было бесплатным, есть и будет. Учебный план имеет потолок – 36 часов. Эти часы как оплачивались, так и будут оплачиваться за счет бюджета.

Е. Морозова: Затраты родителей на образование возрастут. Государство бесплатно гарантирует 11 предметов. Но это сужает возможности выпускника при поступлении в ВУЗ. Наши дети сейчас руководствуются принципом – не попаду сюда, пройду туда. Ряд предметов остается за пределами их изучения. Вот и пойдет ученик в данном случае за платной образовательной услугой, чтобы подстраховаться и сдать побольше предметов. В стандарте прописано, что должны быть оборудованы лаборатории, места для преподавателей. Но кто обеспечивает исполнение этих условий? Без родительской помощи не обойтись.

Из первых уст

Что делать со стандартом?

Е. Васин: Не нужно делать революций и потрясений, переходить необходимо поэтапно. Нововведения нужно обсуждать. Но менять нужно, это всем понятно.

Т. Кулешова: Импонирует то, что дали 10 лет для постепенного внедрения. Нас услышат, и хорошие предложения будут приняты.

И. Филиппова: Система образования – это очень острая и больная тема. Поэтому, в первую очередь, необходимо обсуждать и говорить правительству, что не устраивает в стандарте практиков.

С. Васильев: Я являюсь противником стандарта. И не я один так считаю. Десятки тысяч людей написали письмо. Которое дошло до Путина и высшая власть увидела и среагировала. Если бы не было возмущений и бунтов, как вы говорите, то обсуждения никакого и не было бы. Так что давление снизу необходимо, это демократический метод. Ничего еще не предопределено и наша задача – минимизировать ущерб от данного стандарта. Необходимость его введения никто не обосновал. Школа должна давать базовые знания, что там менять?

Е. Морозова: Проект нового стандарта неприемлем. Его нужно отозвать или изменить до неузнаваемости. На основе конкурса, при рассмотрении двух, трех или больше альтернативных вариантов выбрать приемлемый, который обсудит педагогическая и родительская общественность. Что касается ситуации, то бороться нужно. Наше сегодняшнее учительство спит. А молчать нельзя!

И. Каланчина: Ключевой закон по которому мы живем – это преемственность. Нельзя все разрушать, а потом надеяться на развитие. Я уповаю на учительскую общественность, если они все подключатся к обсуждению, то здравый смысл восторжествует.

Л. Колченко: Надо обсуждать, дорабатывать. Беспокоит тот факт, что слишком много отводится на самодисциплину в старших классах.

Б. Сосновский: Это абсолютно неприемлемый проект. Для того, чтобы создать новый стандарт, нужна надежная философская основа. Прежде нужно провести тщательный профессиональный анализ недостатков существующей системы. А после этого четко сформулировать и обосновать цели, средства.

Ю. Абдуллаев: Стандарт – это государственный документ. Да, еще есть очень много вопросов. И мы тоже беспокоимся, как это будет реализовано в школах. Есть у нас вопросы по нижнему и верхнему порогу тех или иных часов на предметные области. Но неправильно все возлагать на стандарт. Его реализуют люди. Воплощать стандарт будут конкретные учителя, директора школ. И многое будет зависеть от того, как стандарт будет прописан, будет ли он понятен. Стандарт старшей школы будет органично выходить из стандартов начальной и средней школы. И когда мы придем в 2018, 2020 годах к моменту, когда стандарт будет внедряться, это будет уже другая школа и другие выпускники. Разработчики стандарта и министерство готовы прислушаться к мнению общественности. Время у нас есть.