Неизвестный Шукшин. Часть 2-я

Окончание. Начало читайте в бумажной версии «Комсомолки» за 22 апреля и на нашем сайте.

2009 год на Алтае объявлен годом Шукшина. Напомним, что к юбилею Василия Шукшина (80 лет ему бы исполнилось 25 июля этого года) алтайские филологи приготовили подарок поклонникам творчества Василия Макаровича: они решили издать полное собрание его сочинений. Корреспондент «Комсомолки» встретилась с руководителем группы, доктором филологических наук Ольгой Левашовой, и ее коллегой, кандидатом филологических наук Дмитрием Марьиным.

Деревенщина или стиляга?

Личность Шукшина принято упрощать вплоть до того, что он был деревенщиной, постоянно ходил в кирзовых сапогах. Да не тут-то было... Василий Макарович был настоящим столичным жителем. Хорошо одевался. Дома у него была модная югославская стенка. В одной из статей он обсуждает американский фильм «12». А ведь в то время далеко не всем было доступно посмотреть этот фильм.

- Известно, что поступать во ВГИК Шукшин поехал в дедовской гимнастерке да тельняшке. В те годы многие так «форсили». Первое время мать регулярно высылала ему денег. Но когда материальное положение Василия Макаровича улучшилось, он стал одеваться очень даже стильно, - рассказывает исследователь Дмитрий Марьин. - Внешний облик его особенно преобразился после знакомства с Беллой Ахмадулиной. Она сопровождала его по магазинам, рекомендовала модные вещи. Может, щеголем Шукшин и не был, но стильные джинсы и импортный кожаный пиджак точно носил.

Пять ложек кофе на чашку

Исследователи жизни и творчества Шукшина не удивляются, что он умер так рано. Шукшин был очень больным человеком: еще во время службы в армии заработал язву, и его комиссовали. С тех пор она не давала ему покоя. Как минимум раз в год Шукшин лежал в больнице.

Сказывалось и психическое напряжение. Он почти не спал. Днем работал на съемочной площадке, ночью писал новые сценарии и рассказы. Естественно, что такой режим не проходит даром. Как вспоминал его брат, кофе Шукшин пил как минимум пять ложек на стакан, много курил. В последние годы жизни по настоянию врачей он бросил и курить, и пить. Так что зря многие считают, что Василий Макарович был чуть ли не алкоголиком.

Хотел ли Шукшин вернуться на Алтай?

Мысли вернуться на Алтай, судя по всему, не раз посещали Шукшина. Но уверенность в этом окрепла после визита к Шолохову, который жил и успешно работал у себя на родине. Это было незадолго до смерти Шукшина. И даже после того как его мама продала дом в Сростках и переехала жить в городскую квартиру, он не раз говорил о том, что надо все-таки купить домик в деревне, что тянет его на просторы русские.

Из письма к матери:

«Мама, мы осенью вот что сделаем: купим «домик» в Сростках. Даже хорошо бы полдома с кем-нибудь, чтобы зимой было спокойнее уезжать, а на лето приезжать. Очень уж в городе тяжко летом. Вот даже прошу тебя: поприспрашивайся, нет ли у кого так: чтобы где-нибудь полдома: нам и важно-то пожить лето, да чтоб банька была. И ребятишкам на лето будет куда приехать».

Но вернуться на малую родину Василию Макаровичу не было суждено. Его и похоронили в Москве.

Поэзия Шукшина

При жизни свои стихи Шукшин никогда не публиковал под своей фамилией. Может, оттого что считал их несовершенными, слабоватыми... Хотя вставлял их в эпилоги к некоторым своим рассказам («И разыгрались же кони в поле») или делал песнями.

- До тех пор пока Лидия Федосеева-Шукшина не предоставила некоторые из оригиналов его стихотворений, исследователи считали, что это действительно были песни. Но оказалось, что это стихи самого Шукшина, стилизованные под песни, - поясняет Дмитрий Марьин.

Два из никогда не публиковавшихся ранее стихотворений Шукшина были найдены на малой родине писателя, в фондах Сростинского музея. Одно из них называется «О ремесле»:

Музы, делайте, что хотите! Душу надо? Могу продать!Славу встречу... НаучитеСловом, как дротиком, попадать.

Вопрос об авторских правах

Перед подготовкой восьмитомника всем родственникам Шукшина предоставили возможность ознакомиться с содержанием, ведь использовалось много текстов, которые хранились в личных архивах.

- Однако пожелание выступить цензором высказала лишь старшая дочь писателя - Екатерина Шукшина. Она прочитала все до последней строчки. В некоторых письмах попросила убрать конкретные адреса людей, - поясняет доктор филологических наук Ольга Левашова.

Из письма Шукшина к матери:

«...Живу очень интересно, мама. Очень доволен своим положением. Недавно у нас на курсе был опрос: кто у кого родители, т. е. профессия, образование родителей студентов. У всех почти писатели, артисты, ответственные работники и т. п. Доходит очередь до меня. Спрашивают: кто из родителей есть? Отвечаю: - Мама. - Образование у ней какое? - Два класса, - отвечаю. - Но понимает она у меня не меньше министра. Смеются...»

Не успел...

Шукшин просто мечтал снять фильм о Степане Разине. Известный бунтарь ассоциировался у него с образом отца, которого расстреляли. Кстати, этот факт Василий Макарович часто скрывал. В разных вариантах автобиографии он то умалчивает об этом, то пишет о том, что отец погиб на войне.

- Во время работы над «Они сражались за родину» Шукшин получил долгожданное разрешение на съемки фильма о Степане Разине. Но снять фильм так и не успел, - поясняют филологи.

Из письма к сестре:

«...Помнится, ты меня как-то спрашивала, как на меня действует весна. Сильно действует, сестренка. Это 21-я и чуть ли не самая сильная... Может быть, потому она сильная, что 21-я. До того времени я жил не «оглядываясь». Во-первых, не было времени, во-вторых, обстоятельства... Жизнь новая, невиданная, незнакомая развернулась перед глазами и полностью поглотила мое внимание. Сейчас как будто устоялось все и начинает давать знать о себе человеческая природа. Начинаю (только теперь, как ни странно) осмысливать, понимать в истинном смысле пройденный путь. Ты вот просила рассказать меня о себе. Но как рассказывать? Терпение, моя дорогая, и ты узнаешь все. Дай время мне самому как следует понять прошедшее. Но хочется уже теперь разубедить вас (с мамой) в том, что ничего преступного, порочного в моей жизни не было, несмотря ни на что. Я знаю примерно, что подумываете про себя...»