Политика

Дончанка из Испании: «Коронавирус стал катализатором несостоятельности местной медицины»

В Испании четвертая неделя карантина. О том, как проводят карантин местные жители, рассказала дончанка, которая 18 лет живет в Барселоне
Триумфальная арка, возле которой всегда толпы туристов и все фотографируются. Фото: Оксана Василенко

Триумфальная арка, возле которой всегда толпы туристов и все фотографируются. Фото: Оксана Василенко

Наши соотечественники живут в разных уголках света. Наша землячка Оксана Василенко уже давно живет в Барселоне и, что называется, из первых рук, рассказала «Комсомолке», как переживает карантин Испания.

Оксана живет здесь уже 18 лет. Она замужем за каталонцем, в семье растут двое детей. В Донецке работала в разных телевизионных компаниях - ТРК «Украина», «Областное», «Новый Донбасс» (представительство канала «Интер»). Донецк Оксана помнит, любит, всячески поддерживает. Побеседовать с «Комсомолкой» согласилась сразу же.

Наша Оксана. Фото: из архива О.Василенко

Наша Оксана. Фото: из архива О.Василенко

- Как у вас с информацией о коронавирусе?

- Как говорится – «изо всех утюгов». Автоматическая рассылка в Вайбере и Вотсапе, заходишь в интернет-магазин, и первое, что ты видишь – информацию о том, как себя вести во время коронавируса. Даже если открываешь свой банковский счет, сначала тебя ждет информация по коронавирусу. Заболевших, умерших, выздоровевших – считают непонятно как. Цифры меняются он-лайн, и вчерашнюю статистику найти уже невозможно. Сообщается только, что за ночь умерло 780 человек. Я отсканировала страницу и сравнила с данными следующего дня. У меня ничего не сошлось - ни с их данными за день, ни с их актуализацией. Я вообще не понимаю, что происходит. Зачем пугать и без того напуганных людей?

- Но если столько умерших за одну ночь, получается, кто-то среди них должен быть из твоего окружения? Ну, по теории шести рукопожатий – среди дальних знакомых есть заболевшие или умершие?

- Есть вылечившиеся, есть легко переболевшие, есть переболевшие тяжело. У моей знакомой умер дядя. Понятное дело – кто-то умирает. Еще из всех знакомых у четверых (это друзья моих друзей, я их хорошо знаю): двоих детей, женщины лет сорока и женщины за шестьдесят тест на коронавирус дал положительный результат. Все выздоровели в целом за четыре дня. Дети - за два, взрослые - за четыре. Перенесли в легкой форме дома. Я верю цифрам. В данном случае я верю Израилю и Германии. По их данным, умерших от коронавируса менее одного процента. Во всех остальных странах непонятно что происходит. Трупы на улицах не лежат, конечно. То, что показывают в больницах, правда. Почему так? Я 18 лет твержу, что здесь слабая медицина, - мне никто не верит.

- Что значит слабая? Это же развитая европейская страна

- Коронавирус сработал как катализатор, показавший, что представляет собой медицина Испании на самом деле. Очень многие умирают от воспаления легких, и я не удивлена. Тут умирают от болезней, никаким образом не связанных ни с воспалением легких, ни с какой-то другой легочной инфекцией. Например, человек может скончаться вследствие перелома. Потому что пациент долго лежит в палате, прикованный к постели, никто ему как у нас не разрабатывает легкие. Моя бабушка долго лежала с переломом, врачи заставляли ее надувать шарики. А тут вообще никто этим не занимается. Тут если предстоит смена сустава – смерть от пневмонии. Инфекция желудочно-кишечного тракта – смерть от пневмонии. Ну и, конечно же, недостаточное финансирование. Недавно была рассылка от врачей – пожалуйста, помогите деньгами хотя бы на маски и защитные средства. Давно было понятно, что подобная ситуация рано или поздно возникнет.

- Было понятно что?

- Последние лет восемь, а то и десять шло сокращение отчислений из госбюджета на медицину. Сокращали госпитали, врачей, медицинских работников. Такое должно было случиться. Коронавирус показал, к чему приводят эти «нововведения». Плюс сами испанцы еще совсем недавно ходили по дому в уличной обуви – они понятия не имеют, что такое домашние тапочки. После посещения общественных туалетов многие не мыли руки. Все это сказалось.

Площадь - это богемный район и музей, там куча кафешек, где места невозможно было найти. Фото: Оксана Василенко

Площадь - это богемный район и музей, там куча кафешек, где места невозможно было найти. Фото: Оксана Василенко

- В каком режиме работают имеющиеся больницы?

- Коллапс полнейший. Некоторые поликлиники закрыты. Все визиты отменены. У кого, например, больное сердце, не может попасть к врачу. Люди часами пытаются дозвониться до «скорой», и не всем это удается. Я недавно звонила в большой госпиталь, мама туда ходит каждый месяц сдавать обязательный анализ крови, чтобы было понятно, какие таблетки ей пить. Это обязательно! Звоню и слышу автоответчик: «Все визиты и пробы отменены». Здесь царит просто дурдом. Я думаю, что, если бы система сработала нормально и не создавала такую панику, обстановка в целом была бы намного спокойнее.

- Тест-системы есть?

- Я не знаю, кого и как вписывают в статистику, потому что тестов мало.И делают их в самом крайнем случае. Из всех моих знакомых только одна девушка прошла тест, но она медицинский работник. Остальным не делали.

- Кого, как правило, госпитализируют?

- Только тяжелобольных! Да и тех уже не всегда. Спасают тех, кто помоложе, кого можно спасти. Разговаривала с одной девчонкой из Валенсии, говорит, трое ее знакомых кровью кашляли, температура выше 39, но в больницу их не отправили. Точно могу сказать, что не хватает аппаратов ИВЛ (искусственной вентиляции легких, – ред.), нет масок. Об этом говорят все врачи.

- Эти трое, умерли?

- Ты знаешь, нет. Может, это и хорошо, что не взяли. За три недели сами вычухались. А в больницах - возможно умерли бы. Я не знаю, что там происходит.

- Какая обстановка в городе?

- Выходишь на улицу, а там – зомби-апокалипсис. И с каждым днем все хуже. Не потому, что нет людей. Их, как правило, на улицах одно и то же количество. Просто все в масках, респираторах, дождевиках, перчатках. Но не это главное. Самое страшное, что все перепуганы до крайней степени. Если раньше на улице встретился с кем-то взглядом, тебе обязательно улыбнутся. Сейчас за маской улыбки не видно. И если ты посмотрел кому-то в глаза, от тебя отпрыгивают в ужасе, как от заразного.

Это одна из дорог - артерий города, за высоткой море начинается. Фото: Оксана Василенко

Это одна из дорог - артерий города, за высоткой море начинается. Фото: Оксана Василенко

- А как же вы в магазин ходите?

- Очередь стоит на улице. В небольшие магазины пускают не больше двух человек. В большие – не больше десяти. В огромные супермаркеты, где по сто человек раньше ходили, сейчас впускают только десять. В некоторых магазинах при входе руки тебе обрабатывают антибактериальным гелем либо же выдают перчатки. До и после использования корзинки для продуктов ее моют. Все в очереди стоят на улице на расстоянии полтора метра друг от друга и в панике отступают назад, если ты к ним приблизишься.

- Что, совсем не улыбаются?

- Им не до улыбок. Вчера стояла в очереди. Как положено – от остальных метра на два. Если случайно подойдешь ближе, у всех от ужаса округляются глаза и начинается истерика. Идет девушка, на поводке у нее щенок лабрадора. Ну такой классный! Игривый - то в одну сторону хозяйку тянет, то в другую, то за птицей погонится. Просто прелесть! Я невольно рассмеялась. Казалось бы, абсолютно нормальная реакция на милого щенка. Все, кто стоял в очереди, посмотрели на меня, как на врага народа, – мол, какое я имею право улыбаться в такое сложное для страны время?!

- И у всех такое тревожное состояние?

- Люди, у которых в культуре заложено при знакомстве целовать даже незнакомых людей, вплоть до бродяг, сейчас эти люди шарахаются друг от друга. В Италии уже начались суициды, мы на очереди. Во-первых, у людей заканчиваются деньги. У многих уже сейчас нет ни гроша. Единственное, чем помогло государство, – в этом месяце отложены налоги. Тысячи людей уволены. Они называют это «временные увольнения», говорят, что вернутся, когда восстановится экономика. Но когда она восстановится и восстановится ли вообще – неизвестно. Многие просто боятся выходить из дома. Страх среди населения настолько велик, что, если карантин закончится, – они не поверят и вряд ли выйдут на улицу. Страх имеет парализующее влияние на психику. Люди верят всему и ничего даже не пытаются анализировать.

- Но на улицу-то все же выходят? Некоторым же надо родственников проведать, родителей?

- Никто никуда не имеет права выезжать. И эта невозможность проведать родных только усиливает страх. Без специального разрешения тебя либо оштрафуют, либо арестуют.

- А в магазин можно выходить?

- Чтобы выйти в супермаркет, мне в интернете надо заполнить специальную форму, где я указываю свои данные и причину, по которой мне надо выйти из дома. Причем в далеко расположенный супермаркет я не имею права ходить. Недавно пробиралась дворами в такой вот супермаркет, где имеются продукты собственного производства. Мне нужны именно такие продукты, потому что на другие у моей дочки аллергия. На машине я обычно доезжаю туда за пять минут. Тут я час шла с коляской, с которой ходят в супермаркеты, по каким-то закоулкам, чтобы меня не схватила полиция. При этом у меня было разрешение, у меня была распечатка, что нужный мне супермаркет не делает доставку на мой адрес, и заготовлено устное объяснение, что у моего ребенка аллергия. Лучше, конечно, чтобы была справка, но где же ее взять? Все врачи - в госпиталях.

Закрыт самый большой парк Барселоны. Фото: Оксана Василенко

Закрыт самый большой парк Барселоны. Фото: Оксана Василенко

- Получается, из дому нельзя выходить даже воздухом подышать?

- Мне вот повезло – дважды в неделю я хожу в этот супермаркет. Выхожу на улицу, и у меня голова начинает кружиться от свежего воздуха. Нам запрещено выходить на улицу. Запрещено выходить на крыши, куда выводили детей, чтоб они хоть чуть-чуть размялись. Летают дроны, чтобы выявлять нарушителей и штрафовать. У нас есть большие патио – внутренние дворы, но в них тоже просят не выходить. Хотя у людей есть огромные свои сады – четыре дома, например, внутри двор, все закрыто, нельзя выводить детей. Если поймают последует наказание вплоть до ареста, но в основном штрафуют.

- В наших правилах поведения во время эпидемии написано, что заразиться на улице практически невозможно.

- И у нас то же самое пишут. При этом за выход на воздух штраф и, как крайняя мера, арест. Хотя это ветер, это свежий воздух, это кислород, заразиться невозможно. Скорее, умрут те, кто сидит взаперти целыми днями. Дети на второй неделе карантина уже измучены, ослабли. Их выгоняют на балкон, чтобы хоть немного воздухом подышали.

- Но как-то же люди спасаются? Должно же быть хоть что-то хорошее?

- Двадцать первый день карантина – мы обогнали Италию по количеству заболевших. Моя семья – дети, пожилая мама и муж – двадцать один день не выходили на улицу. По идее, двадцать один день всеобщего карантина уже должен дать какие-то результаты, но их нет. Единственная радость – это каждый день в 20:00 вся Испания выходит на балконы поаплодировать врачам, которые борются с вирусом. После этого начинается «дискотека». Соседи остаются на балконе, включают на всю громкость известную песню и поют, машут друг другу руками и светят смартфонами, как фонариками. Это единственные 10 минут в день, когда мы видим друг друга!